Александр Макогон, зам. ген. директора " Индустриальный парк Ямбург":
Поздравляю всех коллег нефтяников с этим знаменательным событием! Я горжусь тем, что жил и работал в НИЖНЕВАРТОВСКЕ - Сердце САМОТЛОРА! Сейчас нахожусь и работаю в Санкт-Петербурге, Самотлор и Нижневартовск навсегда останется в моём сердце самым светлым и незабываемым воспоминанием! Своей нынешней работой я постараюсь быть полезным САМОТЛОРУ еще долгое время.
Вишневская Вера Константиновна
Вишневская
Вера Константиновна
ветеран нефтеной отрасли, машинист котельной
В филиале корпоративного музея «Роснефть» прошла встреча молодых сотрудников АО «Самотлорнефтегаз» и ветерана нефтяной отрасли Веры Вишневской. Она приехала в Нижневартовск в 1965 году и связала свою судьбу с Самотлором, пройдя путь от первой скважины до первых рекордов.
В музее Вера Константиновна долго всматривается в старое черно-белое фото, улыбаясь задорной девушке. Их глаза и улыбки совершенно одинаковы. «Да, это я! Но в какой день снимали меня, в честь какого события - не помню! - признается она и объясняет: в то время на промысле без конца появлялись репортеры – местные, из Тюмени, а то и из Москвы. Ведь они – первопроходцы Самотлора были так же популярны у газетчиков и телевизионщиков как звезды кино или космонавты».
Хозяйка двух котлов
Вера Вишневская приехала к брату, который уже работал в Нижневартовске электриком, из Томской области в 1965 году и устроилась на работу в Мегионскую контору №4. Города Нижневартовска и в помине не было, место, где потом раскинулись его улицы, называлось участком №5.
Она начинала работать в бригаде у Нургали Исламгулова, позже готовила ту самую первую скважину, которую Степан Повх разбурил в 1969 году. Как шли они к первой своей скважине по незамерзающему, несмотря на мороз болоту, помнит до сих пор.
Первыми на месторождении появлялись вышкомонтажники, потом электрики, а уж потом машинисты котельной.
Процесс бурения начинался лишь после того, как растапливали котельную - горячий пар, отогревал резьбу на трубах в морозы.
Позже мегионская контора была преобразована в управление буровых работ№1, где Вера Вишневская работала более тридцати лет. Сначала ее профессия называлась кочегаром, потом – машинист котельной, но обязанности оставались прежними: бесперебойно подавать пар и греть раствор, который при бурении закачивается под землю.
«Еще мы отпаривали негнущиеся мешки из-под цемента – их использовали для теплоизоляции труб, – вспоминает Вера Вишневская. – Не было тогда нынешних технологий, все придумывалось на ходу, и каждый был рационализатор, даже не подозревая об этом».
Вишневскую бы сюда!
Она следила за давлением в двух больших котлах, в каждом из которых кипело по тонне воды, поддерживала их рабочее и безопасное состояние.
Делать это иногда приходилось в экстремальных условиях. В то время частенько бывали перебои с подачей электричества. Когда не было света на буровой, Вера Константиновна снимала показания приборов с установки, подсвечивая себе факелом.
Среди буровых бригад Вера Вишневская славилась как кочегар, у которого аварий не случается, установка может работать четко как швейцарские часы - возможно от того, что была она энергична и не терялась никогда, всегда следила за сухостью пара, отделяла воду, от которой тухли котлы. В сложных ситуациях непременно вспоминали ее имя, которое стало у буровиков все равно, что часть пословицы: «Вишневскую бы сюда, уж она бы пару поддала!».
Свою уникальность Вера Вишневская не оберегала, учила профессии всех, кто просил. Молодые девчонки стремились попасть к наставнику Вере Константиновне. «Доброй она была, учиться у нее было приятно» - подтвердила коллега Вишневской Татьяна Слинкина. До сих пор иногда останавливают на улице благодарные ученицы: «Не узнаете? Как же! Я у вас научилась всему!».
На работу автостопом
Каждую минуту каждого дня Вера Вишневская просто и без пафоса делала все, что от нее зависело, чтобы скважины бурились, и бригады выполняли задачи, которые ставила перед ними страна. Ей казалось это самым обычным делом, поэтому она очень удивилась, когда ее наградили орденом Трудовой славы III степени, а затем орденом Трудовой Славы II степеней и орденом Трудового Красного знамени.
«Не одна я так работала, все работали хорошо, - она до сих пор со смущением вспоминает о государственных наградах. - Анна Сорокина, Римма Симовонян, Раиса Муковозова, Анастасия Кондакова – все хорошие, добросовестные работницы, соратницы, все равно, что боевые подруги. Мы не только работали, но и дружили, справлялись с трудностями вместе».
Трудностей, даже разделенных между подругами, хватало:
Помнит, однажды в пути вдруг замерз автобус, и подобрал девчонок на обочине самотлорской дороги самосвал. Так и добирались до буровой в открытом кузове, спрятавшись от мороза с головой в сено, перемешанное со снегом. Бывало, что приходилось самим и дороги мостить. Уткнется машина в протоку, выходишь и подкладываешь бревна под колеса. Как будто испытывая первопроходцев на прочность, северная земля бунтовала, сопротивлялась. В условиях постоянного преодоления не все выдерживали многие уезжали. Оставались самые стойкие, среди них – Вера Вишневская.
«Интересная у нас была жизнь, - говорит она. – Мы не просто работали, мы друг с другом соревновались - какая котельная чище, где качественней и суше пар – без потеков. Никто не желал быть в отстающих, а потому старались, поддерживали, помогали друг другу».
Продолжение следует
Долгие годы Вера Вишневская была не только машинистом котельной, но и сандружинницей, участвовала в соревнованиях по гражданской обороне среди предприятий города – они тогда были популярны в Нижневартовске, бегала за родное УБР-1 на лыжах в обязательных состязаниях.
«Мы и теперь не унываем. Поздравляем друг друга с праздниками, поем в хоре, участвуем в конкурсах самодеятельности – закалились так, что не суждено постареть. Нет, моя история еще не написана! Еще будет продолжение», - утверждает Вера Вишневская, имея ввиду свою шестилетнюю правнучку Киру. - Она такая боевая девчонка, такая непоседа! Вся - в меня!».
